Нетрудно догадаться, каким был этот допрос. Пакистанские тюрьмы известны своими допросами с пристрастием. Пытки широко применяются в ходе допросов. Кстати, Халед-шейх Мухаммед (Khaled Sheikh Mohammed), известный прессе по инициалам KSM и которого официальный доклад называет разработчиком террористического акта на Манхэттене, как оказалось, допрашивался по той же методологии и в тех же застенках, что и Рауф. Признательные показания в подобных обстоятельствах дело решённое. Рашид Рауф сознался, что самолёты должны были взорваться в воздухе. Однако при этом нигде не говорится, что целью террористов было повторение в гигантском масштабе события 11 сентября, иными словами, — уничтожение общественных зданий — символов власти. Однако было расшифровано взрывчатое вещество «ТАТР» — смесь перекиси водорода, ацетона и серной кислоты.

В результате этого признательного показания сегодня никто не может попасть на борт самолёта с флаконом жидкости, превышающим установленную дозу. Увы, вся эта история с жидкостями также не имеет никакого отношения к реальности. По свидетельству большинства экспертов-взрывотехников, для того, чтобы на основе указанных компонентов изготовить настоящую взрывчатку, понадобилось бы гораздо больше времени, чем длится весь трансатлантический перелёт. Наряду с этим, необходим набор аппаратуры для специфических химических реакций, который не может оставаться незамеченным даже в туалете воздушного лайнера.

И тем не менее, несмотря на явные доказательства абсурдности применения жидких реагентов на борту, пассажиров по-прежнему подвергают совершенно бессмысленному досмотру. Как пишет американский журналист Томас Грин (Thomas Green), «весь мир обманут голливудской выдумкой о бинарных взрывчатых жидкостях; этот миф повлиял на правительства и предопределил политику, иначе говоря, — все мы повелись на киношный заговор». Чистейший вымысел — фикшн. Зато — какой грандиозный успех.